Первый. Одержимые радием

На гербе посёлка Водный Республики Коми присутствует элемент таблицы Менделеева «Ra». Здесь была добыта первая в России нефть, но своё название поселок получил благодаря воде.
В 1926 году в район будущего поселка Водный прибыла экспедиция Геологического комитета во главе геофизика Александра Черепенникова, одной из целей которой был поиск месторождений гелия – инертного газа, необходимого для дирижаблей. Он не воспламеняется, как водород, но его производство стоит больших денег. К тому времени в Соединенных Штатах была налажена промышленная добыча гелия из природного газа, однако по политическим и экономическим причинам американский гелий для Советского Союза был недоступен.
Один из самых известных исследователей радиевого промысла в районе поселка Водный, ученый Андрей Ильич Кичигин поделился с нами уточняющей информацией: « Весь гелий в земной коре — дочерний продукт альфа-распада радиоактивных элементов. Там, где повышена радиоактивность, в газах или воде должен присутствовать гелий».
Для поиска этого инертного газа участник экспедиции А.А. Черепенников провел измерения радиоактивности в выходах природных газов и подземных вод. Измерения в полевых условиях неожиданно показали высокую радиоактивность воды из скважины № 1 "Казенная" на территории Ухтинского нефтяного месторождения. Эту скважину, что сейчас находится в центре поселка Водный и давно имеет статус исторического памятника, пробурило на казенные средства в 1912 г. "Северное нефтепромышленное товарищество» А.Г. Гансберга. Однако вместо нефти под большим напором пошла соленая вода. При скважине устроили солеварню, а в 1919 г. после развала нефтепромысла ее забросили, и она свободно фонтанировала. Измерения А.А. Черепенниковым проб воды показали, что радиоактивность обусловлена необычно высоким содержанием радия. В самых богатых из известных в то время источниках радиоактивных вод в Германии и Чехословакии содержание радия было в десять раз ниже. В природе радий встречается только в урановых минералах. Но уникальные геохимические условия месторождения на р.Ухта способствовали выщелачиванию радия из урансодержащих сланцев и накоплению его растворимых соединений в пластовых водах. Открытие А.А. Черепенникова фактически привело к созданию нового направления в советской геологии - радиогеохимии подземных вод. Открытое месторождение радиоактивных вод было признано перспективным для промышленной добычи радия.
В 1927 г. радий стоил в тысячи раз дороже золота. В те времена большая часть получаемого радия находила применение в науке и медицине. Вплоть до начала 50-х гг. соли радия были единственным материалом для изготовления закрытых источников ионизирующего излучения. Таким образом, сфера применения радия была ограниченной, однако ничем иным заменить его было невозможно.
Было принято решение о промышленной добыче радия из минерализованных радиоактивных вод.
Открытое месторождение располагалось в труднодоступном районе, с суровыми климатическими условиями. Не только квалифицированной, но даже просто достаточной по численности рабочей силы здесь не было.
27 июня 1929 г. появилось секретное постановление Политбюро ЦК ВКП(б) "Об использовании труда уголовно-заключенных". Уже 21 августа 1929 г. на реку Ухта из Соловецкого лагеря прибыла первая партия заключенных, а 13 октября прибыла вторая партия под руководством Якова Мороза. Главными задачами экспедиции были разработки месторождений нефти и радиоактивных вод в районе реки Ухта.
Стоит особо остановиться на личности Якова Моисеевича Мороза. Можно выделить в нем как плохие, так и хорошие черты, но одно несомненно – это был чрезвычайно неординарный человек.
Чекист Яков Мороз состоял в органах ОГПУ в городе Баку. Но в 1929 году был осужден на семь лет лагерей в связи с незаконным расстрелом рабочего. Не прошло и года после решения суда, как заключенный Яков Мороз становится начальником Ухтинской экспедиции. А еще через год с него снимаются судимости, он восстанавливается в партии и назначается начальником УхтПечлага.
Он пользовался славой инициативного и энергичного деятеля. Индустриализация северного региона шла при нем невиданными темпами: нефть, радий, лес, воркутинский уголь. И при этом результат был важнее цены, человеческие жизни ничего не стали стоить.
Один из самых известных исследователей радиевого водного промысла, руководитель по обследованию бывшего радийного производства в 2009-2011 годах, ученый Андрей Ильич Кичигин указывает на занимательный факт:
«В 2009 году на конференции в Ухте, посвящённой юбилею Ухтинской экспедиции, прозвучал неожиданный тезис от историков, что производительность труда в системе ГУЛАГа была намного выше, чем в целом по стране. Проанализировав собственные данные, я пришёл к тому же выводу. Горно-химический трест редких элементов фактически завалил добычу радия из Табошарского месторождения в Таджикистане, в то время как ГУЛАГ не только наладил добычу концентрата из минерализованной воды, но и организовал получение конечного продукта — кристаллического бромида радия».
Очевидцы вспоминают, что Яков Моисеевич заявлял и такое: «Дайте мне больше зэков, и я вам построю дорогу не только до Воркуты, а через Северный Полюс».
Личный самолет, нефтяная скважина в свою честь – вместе с промышленностью создавался культ личности Я.Мороза. Но надо отдать ему должное, заключенные на радиевом производстве пользовались относительной свободой и лучше питались. Возможно, он их берег - местные зэки отличались высоким уровнем квалификации и знаний. Производство радиоактивных материалов было передовым краем науки и химической технологии, поэтому для этого промысла нужны были кадры высочайшей квалификации. Ряды з/к в первую очередь пополняли образованные, эрудированные личности. Если же нужного специалиста не находилось в лагерях, то его арестовывали "под заказ". Старожилы поселка Водный, вспоминая эти времена приговаривают: "Здесь же великие люди сидели!"
Андрей Кичигин, радиобиолог, исследователь и руководитель по обследованию радийного производства на водном промысле: «В XX веке производство радиоактивных материалов было передовым краем науки и техники. В северной тайге, в отрыве от цивилизации и источников информации, удалось наладить наукоёмкое производство автономно.
Учёные, разрабатывавшие технологию добычи, были заключёнными. Практически все начальники водного промысла первоначально приезжали на север под конвоем. Это уникальный факт».
Яков Мороз успел наладить производство радия, но сам в 1938 году был обвинен в контрреволюционной деятельности и в 1940 году расстрелян.
В сентябре 1931 г. началось строительство первого завода по извлечению солей радия из подземных вод. К строящемуся химзаводу протянули деревянные водоводы от скважин № 1 "Казенная" и № 3 "Ярега"
В составе экспедиции Якова Мороза находился еще один заключенный, геохимик Илья Исаакович Гинзбург, один из основоположников геохимических методов поиска полезных ископаемых. Человек с блестящим образованием, закончил горную академию в Германии. В 1928 году его приговорили к 10 годам по так называемому делу Геологического комитета, который якобы занимался промышленным шпионажем в пользу Германии. Весной 1930 года стал первым руководителем и организатором радиохимической лаборатории. В феврале 1932 года привезён в Москву, 1 марта на заседании правительства сделал доклад о радиевых рудах Ухты. По его докладу было принято решение о промышленном освоении разведанного месторождения. И.Гинзбург был повышен в должности до начальника химсектора УхтПечлага.
В составе лаборатории трудились осужденный на 10 лет за «троцкизм» выпускник Бернского университета Федор Торопов и приговоренные к тем же 10 годам химики Дмитрий Хомяков и Сергей Судариков.
Ф. А. Торопов, осужденный на десять лет по 58-й статье, на промысел был доставлен в 1930 г. С 1932 г. до самой смерти в 1953 г. работал заведующим радиохимической лабораторией и главным технологом радиевого промысла. В 1934 году был введен в действие завод по переработке радиевых концентратов по оригинальной методике, разработанной Тороповым и Судариковым. Под руководством Ф.А. Торопова непрерывно совершенствовалась уникальная технология извлечения радия из минерализованных вод. В 1934 г. введен в действие завод по переработке радиевых концентратов. Самым крупным был химзавод № 1, работавший от 25 скважин. На нем стояло 39 чанов-отстойников, через которые за сутки пропускали 3250 м3 воды. Доставка грузов водным путем была трудна из-за несудоходности рек Ижмы и Ухты. Поэтому в технологических процессах старались использовать только местные материалы.
И подневольные специалисты с этой задачей блестяще справились - в глубине северной тайги, при минимальном ресурсном обеспечении, было создано чрезвычайно наукоемкое радиохимическое производство!
Федор Торопов первым на Ухтинском месторождении получил за свой труд Орден Ленина. Сегодня его именем названа одна из улиц Водного.
Ирина Карловна Борисова, заведующая отделом Историко-краеведческого музея г.Ухты:
«Он был высокообразованным человеком, однозначно. Закончил Бернский университет, преподавал в Киль. Говоря о владении языками, он пишет: немецкий – читаю и говорю, а английский и французский – читаю».
Годовой выпуск радия устойчиво держался на уровне 16,5-17,5 г. Работали радиохимическая лаборатория, завод по переработке радиевых концентратов, 12 радиохимических заводов и три индивидуальные установки по переработке воды, а также электростанция, завод по изготовлению деревянной оснастки и подсобное сельскохозяйственное предприятие. В эксплуатации постоянно находилось около 150 скважин. Производственные объекты предприятия располагались в радиусе 40 км. Поселение на реке Ухте поначалу называлось «командировкой Гансберга». Затем его переименовали в Промысел № 2 им. ОГПУ, а в 1940 году – просто в Водный промысел. В 1944 году он получил статус поселка городского типа Водный.
Технологию извлечения солей радия из подземных вод разрабатывал также известный ученый Иван Яковлевич Башилов - химик-технолог, один из основателей радиохимической и редкоземельной промышленности в СССР. В 1919 г. Иван Яковлевич был назначен заведующим создаваемого пробного радиевого завода Академии наук. В поселке Бондюжский (ныне г. Менделеевск в Республике Татарстан) он организовал завод производительностью 1,5 г радия в год. 1 декабря 1921 г. была запаяна ампула с первым советским радием. В 1924 г. И.Я. Башилов переехал на работу в Москву, где создал научно-исследовательскую лабораторию в Институте прикладной минералогии.
В 1927 г. для изучения технологии редких элементов И.Я. Башилов посетил Германию и Чехословакию. Практическая деятельность настолько увлекла И.Я. Башилова, что диплом о высшем образовании он получил только в 1929 г., будучи уже признанным специалистом. В 1931 г. Иван Яковлевич утвержден в ученом звании профессора, а в 1932 г. вышел его учебник по технологии редких элементов. В 1937 г. без защиты диссертации ему была присуждена ученая степень доктора технических наук. А год спустя Иван Яковлевич был арестован и осужден на пять лет. Находился в Котласском пересыльном лагере, затем направлен на общие работы, где 47-летний заключенный быстро был доведен до дистрофии. В конце лета 1939 г. Иван Яковлевич был определен, как не способный к тяжелому физическому труду, сторожем на Водный промысел.
Ирина Карловна Борисова, заведующая отделом Историко-краеведческого музея г.Ухты: «Башилов прошёл несколько лагерей, прежде чем оказался у нас. Практически при смерти, в Котласе его определили как неспособного к работе и отправили сюда на водный промысел сторожем. Но, находясь в статусе сторожа, он заявил, что мы работаем по его технологии. Его быстро выдернули с этой должности, и он возглавил здесь химическую лабораторию по переработке воды». Случилось это в октябре 1939 г. Впоследствии о себе он писал так: «В отношении радия я имею право утверждать, что весь добытый и добываемый в СССР радий получен либо лично мною, либо в основном и главном по новым и оригинальным способам, предложенным и разработанным мною».
В 1948 г. И. Башилов стал лауреатом Сталинской премии. Тем не менее, до конца своих дней он находился под надзором органов внутренних дел. Умер И.Я. Башилов 20 августа 1953 г. от инфаркта. В 1957 г. посмертно реабилитирован.
Сыктывкарские радиобиологи Андрей Кичигин и Анатолий Таскаев подсчитали, что до 1952 года на Водном промысле был выпущен примерно 271 г радия. И это в то время, как весь мировой запас этого металла составлял около 2,5 кг.
А.Кичигин: «Завод, расположенный в посёлке Водный, был единственным в СССР такого масштаба. По мощности он уступал лишь двум зарубежным аналогам — бельгийскому и канадскому».
Из доклада академика Ферсмана на Общем собрании АН СССР 28 апреля 1940 г.:
«Мы можем сейчас прямо сказать, что старые нормы и принципы технологической работы в области овладения радием являются опрокинутыми не какими-либо теоретическими предпосылками, а реальными фактами - построенным и успешно работающим в крупных масштабах заводом. Мы можем прямо сказать, что если в самых богатых рудах Северной Канады и Бельгийского Конго для добычи одного грамма радия требуется 4-6 тонн руды, то здесь один грамм радия извлекается из 250 тысяч тонн сырья, то есть из такого рассеяния, которое, казалось бы, лежит вне всяких возможностей и над которым смеялись радиологи и хозяйственники Запада, когда мы рассказывали о смелых предложениях Страны Советов создать радиевую промышленность путем извлечения этого металла из соляных вод».
Уникальность добычи радия в Водном состоит том, что нигде в мире радий из воды прежде не производили. Технологии извлечения создавались на месте, на производстве, в глухой тайге, за колючей проволокой. Первоначально, согласно сохранившимся проектным документам, для осаждения радия планировали использовать концентрированную серную кислоту. Это дорогостоящий реактив, который пришлось бы завозить на промысел из других районов страны. Кроме того, система емкостей, насосов и трубопроводов для серной кислоты была сложна и требовала специальных материалов. Отсутствие дорог, труднодоступность местного промысла заставила ученых Водного искать все необходимые для производства компоненты на месте. Так, часть буровых труб и трубопроводы делались из просверленных трехметровых бревен. По ним вода со скважин текла к химзаводам. Ее смешивали с гипсом, добываемым рядом с Водным. Далее вода заливалась в огромные деревянные бочки по 80 кубометров, которые изготавливали сами заключенные. Отстоянная вода сливалась, а гипсовую смесь пропускали через местные сорбенты: мох, опилки, древесный уголь. Улавливание радиоактивных элементов было практически полным. Полученный концентрат упаковывали в деревянные бочки и направляли на завод по переработке концентрата. Степень обогащения в этот момент достигала 10000 раз.
Далее сорбент выжигался в специальных муфельных печах, работавших на местном газе. После чего продолжалось череда химических процессов, после которых появлялось вещество бромид радия, Полученные кристаллы бромида радия запаивали в стеклянные ампулы. Содержание RaBr2 в готовом препарате составляло не менее 90%
Радиохимические заводы представляли собой двухэтажные бревенчатые здания. На верхнем этаже находились гипсовальные желоба, на нижнем - фильтры. Отстойные чаны размещались под открытым небом. Здания не отапливались, но даже в сильные морозы вода в системе не замерзала, так как с водой из скважин поступало большое количество тепла. По воспоминаниям И. В. Дахно, "...на химзаводах поддерживались идеальная чистота и порядок, не последнюю роль в этом играл лагерный режим".
А.Кичигин: «В середине 1950-х годов появилась возможность отказаться от дорогостоящего радия. Во всём мире производство радия было прекращено, и мир сейчас живёт на запасах, созданных до середины XX века. Производство закрылось из-за появления более дешёвых источников радиоактивных элементов».
По словам известного геохимика, академика Александра Ферсмана, если в самых богатых рудах Северной Канады и Бельгийского Конго для добычи одного грамма радия требуется 4-6 тонн руды, то в Водном один грамм радия извлекался из 250 тысяч тонн сырья. Понятно, что такое производство обходилось слишком дорого как по себестоимости, так и в плане человеческих жизней, что и стало причиной его закрытия.
В 1956 г. закончилась 25-летняя история радиевого промысла на реке Ухта. Выпуск радия был прекращен из-за высокой себестоимости получаемого продукта и введения в практику искусственных радиоизотопов.